История о детском неврозе, и о том, как сложно лечить ребенка, когда болезнь маскируется под другие проблемы.

 

Воспитывать детей - задача не из лёгких. Быть хорошими родителями, ценить, любить и верить в своих детей , несмотря ни на что, порой сложно даже самым «стойким» людям.

 

Сегодня я хочу рассказать Вам целых два разных случая из практики Центра коррекционной и семейной психологии.

 

В 2010 году  за помощью к психологам обратилась Надежда Свиридова (в целях конфиденциальности, имя и фамилия были изменены).

 

На тот момент, ее дочке было всего 6 лет, но с ней было много хлопот. Если с плохим сном и беспокойным поведением мама могла как-то  смириться, то с тем, что девочка отказывалась от еды, Надежда справлялась плохо. Дочка Надежды была очень привередлива в еде, кушала мало, приходилось все время бегать за ней с ложкой. Часто такое «насильственное» кормление заканчивалось рвотой. Многократные визиты к специалистам по  гастроэнтерологии не приводили к давали устойчивых результатов. Именно по этой причине родители решили обратиться за помощью к детским психологам.

 

В ходе анализа семейной ситуации выяснилось, что у семьи есть некоторые психологические сложности, связанные с тем, что бабушки и дедушки с обеих сторон постоянно вмешивались в жизнь семьи. Мама постоянно чувствовала себя «под увеличительным стеклом». Каждый раз, пытаясь воспитывать свою дочь по своему усмотрению, она выслушивала критику о том, что все делает не так. Порой наставления родителей так противоречили друг другу, что доводили ее до состояния истерики. Но, если показать всю силу испытываемых эмоций старшему поколению было для Надежды недопустимо, то «вылить» весь накопленный негатив на дочь было в порядке вещей. А малышка, словно чувствуя борьбу между старшими, постоянно «подливала» масло в огонь своим поведением и новыми проблемами со здоровьем.

 

Работа с семьей проходила сложно. Родители все время сомневались, что их отношения влияют на состояние ребенка. Несколько раз они уходили из Центра, но потом возвращались, понимая, что проблему нужно решать.

 

Так продолжалось на протяжении года. Ребёнка  то приводили на занятия, то прекращали их по разным причинам. Сложилось мнение, что родители просто не верили в эффективность терапии.

 

Хотя в периоды регулярных занятий ребенок проявлял явные признаки выздоровления, что, несомненно, подтверждало правильность выбранного пути и метода терапии. Из-за слишком частых и длительных перерывов в терапии результаты работы  психологов сводились к первоначальному состоянию психологического состояния ребенка.

 

Точку в этой истории поставила сама девочка. Однажды, после занятия с психологом, когда специалисты обсуждали с семьей результаты, она при всех заявила: «А я все равно не буду кушать, я не хочу быть послушной, я не хочу быть, как мама». Все взрослые, находившиеся в тот момент в кабинете, опешили…. Маленький ребенок вслух высказал то, на что годами не могла решиться мама. После этой ситуации общение с семьей кардинально изменилось. Вместо дочки занятия с психологом стали посещать родители девочки. Причем - оба. Хотя и работали каждый – со своим специалистом.

 

Всего за три месяца коррекционной работы родителей большинство симптомов болезни девочки прекратились, даже без ее непосредственного участия в коррекции.

 

Когда ребенок становится бесправным заложником семейной системы, у него есть только один выход достучаться до своих мамы и папы – заболеть. Психологи Центра семейной и коррекционной психологии  говорят, что такие случаи достаточно распространены. И что, порой, взрослые люди очень недооценивают свое влияние на психику ребенку.

 

 

нажимая на кнопку "отправить заявку" вы подтверждаете что ознакомлены с

политикой конфиденциальности сайта

© Copyright 2015. Designed with Mazurov